— Нет, — ответила Пайпер. — Ты выглядишь как ведьма.
Дрю поперхнулась и отшатнулась от нее, но за сегодняшний день Пайпер настолько поднаторела в общении с подростками, что без труда догадалась: изумление было наигранным.
— Твоя лучшая подруга Лили — потомственная ведьма, — невозмутимо продолжала Пайпер. — Ты ведь прекрасно об этом знаешь, верно?
— Нет! — отвернулась Дрю.
— Вы с Лили лучшие подруги, — не отставала Пайпер. — Неужели она ничего не рассказала тебе о своей семье? Ведь все женщины рода О'Фареллов получают магический дар в день, когда им исполняется тринадцать лет. Ты знаешь об этом?
Девочка промолчала.
— Брось, Дрю, мне все известно, — приврала Пайпер. — Лили убегает из дому из–за того, что с тобой творятся чудеса. Она хочет помочь тебе во всем разобраться.
— Мать Лили много лет учила ее быть ведьмой, — прошептала Дрю. — Она же должна знать, как поступать со всей этой ерундой!
— Когда Лили рассказала тебе о том, что она ведьма?
— Когда нам было лет по восемь. Она хотела напугать меня.
Пайпер просто ушам своим не верила. Все эти годы Джулиана была уверена — дочь свято хранит ее тайну. Но, судя по всему, восьмилетней девочке оказалось трудно понять необходимость держать язык за зубами, и при первой же возможности она поделилась тайной с лучшей подругой. Кто знает, сколько еще человек узнали секрет семьи О'Фареллов?! «Забудь пока о Гортаге, — приказала себе Пайпер. — Страшно подумать, сколько всякой нечисти могло знать о дне рождения Лили и готовиться к большой охоте на новую ведьму. В день инициации ведьмы существует момент, когда магическая сила беззащитно парит в пространстве, прежде чем обрести свою будущую хозяйку. Это может длиться мельчайшую долю секунды, но если силы Тьмы обо всем узнали заранее, они могут похитить магическую силу или убить новую ведьму. А могут сделать и то, и другое одновременно».
Все оказалось гораздо хуже, чем они полагали.
— Дрю, сколько было времени, когда у тебя посинели волосы? — спросила Пайпер.
— После обеда, — ответила девочка.
— А что случилось перед этим?
— Мы с Лили сидели в моей комнате, а я посмотрела на ее свитер и подумала — какой у него красивый цвет! И вдруг у меня волосы посинели.
— Ты к ним прикасалась?
— Может быть… — растерялась Дрю. — Я точно не помню.
— Значит, вы с Лили были здесь, — уточнила Пайпер, обводя взглядом комнату.
— Угу, — подтвердила Дрю. — Мы пришли сюда сразу после того, как ее инициация не сработала.
— Что–что?
— Ну, такая ерунда, которую используют для вызова магической силы. Стишки какие — то… Они не подействовали. Ну, мы с Лили сначала посидели у нее, ждали–ждали, вдруг это случится. Но ничего так и не произошло. Лили ужасно расстроилась. Тогда я и предложила пойти ко мне. Я просто хотела отвлечь ее.
— Значит, ты присутствовала при инициации, — уточнила Пайпер.
— Ну да, я спряталась у нее в комнате, — кивнула Дрю. — Ее мама даже не знает, а ведь мне все про них известно. Поэтому приходится притворяться, будто я ни о чем не догадываюсь.
— Но зачем же ты присутствовала при инициации, если тебе не положено даже знать об этом?
— Смеешься, что ли?! — вытаращила глаза Дрю. — Лили должна была получить магическую силу! Да ведь это же так прикольно! А получилось глупо! — Она смущенно сдула упавшую на глаза синюю прядь волос.
Пайпер глубоко задумалась. Выходит, Дрю присутствовала в доме в тот момент, когда Лили воззвала к своей магии. Могло ли так случиться, что магические силы ошиблись адресом и достались другой девочке? Если так, то становится понятным, почему ни Лео, ни Зачарованные ни разу не почувствовали никакой силы, исходящей от Лили. Вот и объяснение, почему Лео обнаруживал Лили только тогда, когда она была рядом с Дрю.
— Мы должны немедленно отправиться к нам домой, — решила Пайпер.
— Зачем это? — нахмурилась Дрю.
— Затем. Видимо, ты каким–то обратом связана с пропавшей магией Лили. Если ты не урожденная ведьма, тебе будет нс по силам справиться с магической силой. Кроме того, враги Лили уже узнали о ее существовании, а без магии она совершенно беззащитна.
— Они теперь так и будут за ней охотиться? — не поверила Дрю.
— Да, — подтвердила Пайпер. — И она не сможет себя защитить.
— Потому что ее сила досталась мне? — Слезы медленно покатилась по щекам Дрю. — Честное слово, я не хотела ничего отбирать у нее!
Пайпер пытливо взглянула в лицо девочки. Целый день она же вела себя по–хамски, стоит ли сейчас ей поверить?
— Наверное, ты не хотела… Но теперь придется все исправлять, — сказала Пайпер и поглядела на запертую дверь. — К сожалению, я не знаю, как выйти отсюда, ничего не разрушив. Похоже, твоим родителям придется смириться с потерями.
Она взмахнула руками, чтобы взорвать дверь. Крошечные язычки пламени заплясали по облупленной краске, но сама дверь осталась нетронутой. Пайпер удивленно вытаращила глаза, а Дрю вскочив с кровати, принялась затаптывать горящие хлопья краски.
— Это еще что такое? — возмущенно заорала она.
Пайпер не сразу нашлась с ответом. Похоже, эта комната была каким–то образом защищена от магического воздействия — вот почему она не могла ни взорвать дверь, ни связаться отсюда с Лео. Кстати, Дрю проскользнула сюда, превратившись в мышку, но и ее магические чары здесь прекратили свое действие. Похоже, кто–то заботится о том, чтобы магия девочки не вышла за пределы этой комнаты. Значит, кто–то прознал о том, что сила Лили по ошибке досталась Дрю. Кто бы это мог быть?
Прежде всего Пайпер подумала о родителях Дрю — они же нарочно заперли ее здесь.
— Твои родители знают правду об О'Фареллах? — спросила она девочку.
— Да они сдали бы меня в психушку, попробуй я только заикнуться о ведьмах! — фыркнула Дрю. — Да и с какой стати я стала бы доставлять неприятности миссис О'Фарелл?! Ведь она всегда относилась ко мне гораздо лучше, чем родная мать!
— А они не могут о чем–нибудь догадаться? Ну, скажем, когда твои волосы вдруг посинели, родители не могли подумать о магии?
— Да никогда в жизни! — отмахнулась девочка. — Они с тех пор вообще со мной не разговаривают.
— Ты хочешь сказать, они не знают, как ты превращаешься в белку или в мышь?
— Ясное дело! — покачала головой Дрю. — С какой стати я стану им рассказывать?! Думаешь, я шучу? Они отправят меня в какой–нибудь специнтернат или еще куда похуже!
Пайпер нехотя согласилась с этим доводом. Насколько она могла судить, супруги Элсоны были с большим приветом, к тому же они явно не особенно любили собственную дочь. «Ей было бы куда лучше в школе–интернате!» — мрачно подумала Пайпер. Чем больше она общалась с Дрю, тем сильнее жалела несчастную девочку. Похоже, единственным светлым событием в ее жизни была дружба с Лили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
